В Нюрнберге, в камере, за решёткой, сидел человек, чьё имя когда-то наводило ужас. Рейхсмаршал Герман Геринг, некогда второе лицо в Третьем рейхе, теперь был обвиняемым номер один. Его судьба и судьба всего процесса зависели не только от документов и показаний, но и от тонкой, невидимой битвы умов.
Против него был поставлен американский психиатр, капитан Дуглас Келли. Его задача была ясна и невероятно сложна: оценить вменяемость подсудимых, понять, можно ли считать их психически здоровыми и, следовательно, полностью ответственными за свои чудовищные преступления. Но с Герингом всё оказалось иначе. Это не был простой медицинский осмотр.
Между ними завязалась изощрённая психологическая дуэль. Геринг, обладавший острым умом и актёрским даром, не собирался играть роль безумца. Напротив, он стремился предстать логичным, даже обаятельным политиком, попавшим в водоворот истории. Он умело парировал вопросы, манипулировал, пытался взять верх в беседах, превращая допрос в интеллектуальный поединок.
Келли же, вооружённый знаниями, должен был заглянуть за этот фасад. Каждая их встреча была столкновением двух сильных воль. От того, сумеет ли психиатр разгадать игру Геринга, доказать его полную осознанность, зависело очень многое. Если бы рейхсмаршала признали невменяемым, это могло бы бросить тень на весь суд, дать повод для сомнений в справедливости приговора.
Это противостояние стало одной из самых напряжённых глав Нюрнбергского процесса — тихой войной без оружия, где ставкой была не просто жизнь одного человека, а сам принцип исторического возмездия.
